стал чихать.
Начихавшись всласть, пираты занялись дальнейшим осмотром. Их внимание остановили галоши.
— Пусть меня проглотит кашалот! — заорал Нос Крючком. — Это отличные корабли. Без единой трещины, просмолённые как надо. Возьмём один из больших кораблей. Пусть у него меньше скорость, зато он поднимет больше груза.
Пираты уцепились за большую галошу и потащили её.
— Клянусь потрохами каракатицы, — закричал Синий Нос, — мы делаем бесполезную работу! Куда мы тащим корабль? Ни шагу дальше. Мы его загрузим здесь. Всем искать клад!
Пираты кинулись в детскую комнату. Синий Нос подбежал к кожаному сундуку с большим никелированным замком. Открыть замок — сущий пустяк пирату. Скоро Синий Нос скрылся в кожаном сундуке.
Красный Нос и Нос Крючком напали на кукол, которые сидели в уголке. Они отбирали у тех капроновые одежды и сваливали в вороха. Нос Крючком надел голубую юбку с кружавчиками. Красный Нос напялил на голову чепчик с бантиком. Пираты пригрозили голым куклам ножом от мясорубки и запихали их под тахту.
В это время вылез из кожаного сундука Синий Нос.
За поясом у него было три кинжала — пёрышки, которые он нашёл в пенале. В руках он сжимал авторучку.
Синий Нос страшно рассердился, увидев друзей в кукольных нарядах: как они смели заняться дележом без него? Он отвинтил колпачок у ручки и, нажимая насосик, открыл стрельбу. Первую чернильную струю Синий Нос запустил в физиономию Красному Носу, и нос у того стал синим. Вторая струя ударила в физиономию Носа Крючком. У него нос тоже стал синим.
— Пусть меня задушит осьминог! — захохотал стрелок. — Мы все теперь Синие Носы — стало быть, братья! Давайте мириться.
Пираты обнялись, потом надели на настоящего Синего Носа кофточку. Синий Нос подарил им по кинжалу и отсалютовал в обои на стене несколькими очередями из авторучки.
— А теперь без промедления носить добро на корабль! — распорядился настоящий Синий Нос.
И только он распорядился, как за входной дверью на лестничной площадке послышались шаги.
— Клянусь омаром и кальмаром, — прошептал Нос Крючком, — это морская пехота врага! Надо удирать!..
Пираты бросили нож от мясорубки и, срывая на ходу награбленную одежду, кинулись на кухню. Мигом они забрались в раковину. Красный Нос попытался влезть в кран, но его тут же отбросило струёй на посуду. Он потёр спину и, сморщившись, проворчал:
— Очень сильный прилив. Надо ждать отлива. Иначе не попадёшь в трубу.
— Немедленно за мной, хромые кефали! — заорал Синий Нос. — Или мы погибли…
Он втянул в себя побольше воздуха и нырнул в отверстие раковины. За ним бросился Красный Нос — нос у него был уже красный, отмылся. Последним нырнул Нос Крючком. При этом он запутался в мочалке. Она потащилась за ним и заткнула отверстие раковины.
Дверь открылась. Мама, папа и дочка вошли в квартиру.
— Хороший щеночек! — сказала дочка.
Папа и мама хотели сказать, что им тоже понравилась собака, что, может быть, стоит завести такую, но они ничего не сказали. Папа споткнулся о галошу, а мама попала ногой в ручеёк, бежавший в прихожую с кухни. Они только вздохнули и принялись за уборку. Да, задали им работу эти ужасные пираты…
Богатыри
(по мотивам былин)
Волх Всеславьевич
Однажды над Русской землёй появилось белое облако. Оно шло по небу. А как дошло до середины, остановилось. Тут вылетела из облака молния, грянул гром и пролился дождик. После дождика встали в небе сразу три радуги. Люди смотрели на радуги, думали: в Русской земле родился богатырь.
Так и было. Родился богатырь Волх Всеславьевич.
Мать положила сына в люльку. Принесла пелёнки, чтобы спеленать. А младенец вдруг заговорил:
— Не годится мне, матушка, это. Пеленай меня в крепкие латы булатные.
Как просил сын, так мать и сделала. Вместо игрушки дала ему палицу. Волх играл палицей и рос не по дням, а по часам. Когда он первый раз на ноги встал, земля дрогнула, дубы вершинами прошумели, по озёрам от берега к берегу волна пробежала.
В семь лет Волх ушёл из дому в лес. Там в избушке жил старик кудесник. Он научил Волха волховать — принимать облик птицы, зверя, рыбы. Богатырь мог стать даже маленьким муравьём.
В пятнадцать лет Волх набрал себе дружину — тридцать богатырей без одного. Сам он был тридцатым. Стала дружина стеречь родную землю.
Как-то Волх сказал товарищам:
— Побываю-ка я в других царствах-государствах. Посмотрю, что там делается.
Волх обернулся птицей соколом и полетел.
В одном царстве купцы собирались с товарами в Русскую землю. Торговать — не воевать, это дело доброе, тут угрозы нет. Полетел Волх-сокол в другое царство.
В другом царстве народ встречал русских послов хлебом-солью. Значит, и тут мир. Полетел Волх-сокол в третье царство. В третьем царстве сел сокол на окошко царского дворца. И слышит — царь Салтык говорит царице:
— Пока Волх маленький, я пойду на Русскую землю войной. Завоюю все города: и Киев, и Чернигов, и Новгород. Волха посажу в железную клетку. Прикажу ему быть то ежом, то ужом, а когда придут гости, — туром; пусть видят, какого богатыря я одолел. Потом заставлю Волха оборотиться муравьём и раздавлю.
— Не ходи войной на Русскую землю. Живи с ней в мире, — попросила царица. — Я видела сон: северная стрела столкнулась в небе с южной стрелой. Наша южная переломилась. Волх молод, а сильнее тебя.
Как рассердился царь Салтык! Ударил царицу, бросил на каменный пол, стал ногами топтать. Потом запер в темнице, чтобы она там умерла — без света белого, без еды, без воды.
Волх-сокол поднялся с окошка. Полетел в свою землю. Когда прилетел к дружине, приказал снимать шатры, идти в поход. Вот дружина вошла в царство Салтыка, дошла до главного города. Волх велел своим товарищам подождать около города, а сам оборотился зверьком горностаем и перелез через каменную городскую стену. Он пробрался в царский двор, отыскал там оружейный склад и перегрыз тетивы луков, отгрыз наконечники копий. На конюшне подгрыз подпруги у сёдел. А ещё нашёл верёвку. Один конец верёвки привязал на верху городской стены, другой опустил своим товарищам.
После этого побежал горностай ко дворцу, к дверям, где стояли царские стражники. Встал он перед ними на задние лапки, прошёлся по кругу, сплясал. Стражники загляделись на диво. Думают: «Если поймать, царю подарок будет». Сняли халаты, кинулись на горностая, прижали
